Спортивный комментатор и телеведущий Георгий Черданцев поделился воспоминанием, связанным с легендой советского футбола Никитой Павловичем Симоняном. В своём обращении он не просто вспомнил выдающегося нападающего, но и пересказал историю, которую Симонян поведал ему лично — историю, полную ностальгии, уважения и искреннего восхищения.
Черданцев отметил, что Никита Павлович обладал огромным количеством уникальных достижений, но одно из них действительно невозможно повторить никому: именно Симонян стал автором первого гола сборной СССР на чемпионатах мира. Это произошло в далёком 1958 году — на том знаменитом мундиале, где миру впервые открылся Пеле. Симонян был одним из тех, кому довелось сыграть против будущего «короля футбола» в официальном международном матче.
Однако, как отметил Черданцев, его особенно поразило, что когда он беседовал с Никитой Павловичем и просил его вспомнить ту встречу, легенда советского футбола рассказала историю вовсе не о Пеле, а о другом эпизоде того матча — неожиданном, эмоциональном, живом. Именно эту историю, как дань памяти великому спортсмену, Георгий и решил пересказать.
В рассказе, который Симонян поведал Черданцеву, описывается эпизод из далёкого 1982 года — момента, когда судьба свела Никиту Павловича и Пеле снова, спустя двадцать четыре года после их матча на чемпионате мира.
По словам Симоняна, это произошло на авиарейсе из Барселоны в Мадрид, где оба оказались среди пассажиров. Они сидели в одном ряду, и несколько человек попросили Пеле дать автограф. Никита Павлович не стал представляться, решив сохранить анонимность. Пеле, конечно, не мог предположить, что рядом с ним сидит человек, которого он видел на поле в далёком 1958-м.
Но позже, уже в посольстве, ситуация изменилась: Пеле подвели к Симоняну, представив как советскую легенду, с которой он играл на чемпионате мира. Реакция Пеле удивила всех присутствующих.
Как вспоминал Симонян, Пеле неожиданно посмотрел ему прямо в глаза и сказал:
«Хочу перед вами извиниться».
Никита Павлович удивился и спросил, за что.
Ответ Пеле был прост:
«За то, что мы вас тогда обыграли».
Симонян рассмеялся и заметил, что поражение было далеко не разгромным — всего лишь 0:2. А позже сборная СССР уступила будущим чемпионам мира, невероятно сильной бразильской команде, в составе которой играли легенды: Загалло, Диди, Вава. Но даже среди этого созвездия, по словам Симоняна, один человек выделялся особенно — Гарринча.
Он вспоминал, как в том матче Гарринча обыгрывал защитников так, будто был футболистом с другой планеты. Сборная Бразилии быстро поняла, что крайний защитник Борис Кузнецов не может сдержать талантливого нападающего, и почти все передачи пошли на фланг, где Гарринча творил чудеса.
В атаке же у СССР было тяжело — мяч почти не доходил до нападающих. Когда Кузнецов всё же получал мяч, он просто выбивал его вперёд, не разбирая направлений. Симонян и Валентин Иванов кричали ему:
«Боря, перестань так лупить мяч! Дай хотя бы почувствовать его!»
На что Кузнецов раздражённо отвечал:
«Да вы что, не видите, что творится? Дайте мне хоть перевести дух!»
Эти живые, эмоциональные фразы настолько ярко восстановили атмосферу матча, что Черданцев решил сохранить историю в память о великом игроке.
Симонян признался, что игра Бразилии на чемпионате мира 1958 года оставила у него неизгладимое впечатление. Он говорил, что больше никогда, ни одна команда, ни один состав не производил на него такого же эффекта восхищения.
Для него бразильцы были воплощением футбольного чуда — тонкого сочетания техники, скорости, интуиции и командного единства.
Гарринча, по словам Никиты Павловича, был феноменом. У него словно не существовало соперников: игроки СССР не могли отобрать у него мяч, и каждый его проход создавал опасный момент, который мог закончиться голом.
Он говорил, что в тот вечер почувствовал, что футбол способен быть чем-то большим, чем просто спортом — это было искусство: живое, динамичное, неповторимое.
Именно поэтому, завершил Черданцев, эта история заслуживает того, чтобы о ней помнили. Она не просто о матче, не просто о встрече советской и бразильской сборных. Она — о поколении, о великом игроке, о времени, когда футбол был романтикой и искусством.
Черданцев завершил свой рассказ тёплыми словами:
«Спасибо, Никита Павлович, за ваш футбол. Светлая память…»
